К концу осени Саламандер исчез вместе с ребёнком, будто их и не было вовсе — дом опустел так, что даже пауки решили устроить там вечеринку без приглашения. И как назло, вместе с этим таинственным исчезновением пришло ещё одно «приятное» известие — пророчество.
Его доставил мне Северус Снейп, который, видимо, решил сменить карьеру на курьерскую службу с привкусом опасности. За это и получил метку Пожирателя смерти — ну а что?
В наше время за хорошую работу платят не только деньгами, но и репутацией.
Выбор был прост: двое мальчиков родились в июле, и Тёмный лорд выбрал малыша Поттеров. Правда, Поттеры вскоре тоже загадочно исчезли — наверное, решили взять отпуск в неизвестном направлении. В этот момент я невольно вспомнил о своём сыне и подумал: «А вдруг он тоже куда-то пропадёт? Или хотя бы оставит записку?» Но увы, записок от детей обычно ждут только родители-оптимисты.
Когда наступила оттепель (а у нас в магическом мире это событие почти как Новый год), я встретился с Альбусом Дамблдором.
Мы пошли на кладбище — место идеальное для философских бесед и мрачных размышлений. Там стояли надгробия Боунсов: отец, мать и сын — словно семейный портрет в камне. Кейли похоронили неподалёку; после того как я помедитировал рядом с ними (чтобы понять смысл жизни или просто согреться), направился к своей любимой.
Не успел оглянуться, как Дамблдор тихо подсел ко мне на узкую скамью и сказал: «Пожиратель смерти приносит цветы участникам Ордена Феникса — не каждый день такое встретишь».
Я подумал: «Вот это поворот! Представляю себе букет из паутины и зелья «Успокойся».» Но ответил спокойно: «Не каждый», — будто мы обсуждаем погоду или последние новости из мира квиддича.
Он продолжил: «Я знаю, что вы Пожиратель смерти и вряд ли сможете мне противостоять».
А я ему в ответ: «Так значит вы пришли арестовать меня?» Он улыбнулся так загадочно, что сразу вспомнился анекдот про двух волшебников:
— Ты ведьма?
— Нет.
— Тогда почему у тебя метла?
— Это просто средство передвижения!
— А почему тогда ты летаешь?
— Ну… для здоровья!
Дамблдор же сказал мягко: «Нет, я не мракоборец и не имею полномочий арестовывать вас. Просто хочу сказать спасибо за то, что оставили жизнь Алисе Долгопупс и ребёнку». Алиса родила Невилла — пухлощёкого малыша, которого хотелось ущипнуть за щёчки так же сильно, как меня иногда ущипывает совесть.
Я ответил скептически: «Если вы пытаетесь воззвать к моему чистому сердцу — поздновато будет».
Но он мудро заметил: «Тьма многолика, как и добро. Если человек способен любить — значит его лицо ещё не полностью покрыто тенью».
Тут я задумался о своей любви… которая была скорее похожа на грязные ботинки после дождя — вроде есть чувство, но оно всё испачкано собственными руками.
«Так значит вы преданы Тому Реддлу?» — спросил он. Я же честно признался: «Я предан себе». Взгляды наши встретились снова; казалось, мы оба понимали друг друга без слов.
А потом Дамблдор исчез так же внезапно, как появляется желание съесть шоколадку ночью.