Тунтук, Шыпног, Тарачет, Венкес… Словно заклинание из древней таверны, где пиво льётся рекой, а смех раскатывается по залу громче барабанов на фестивале «Пьяница года». В этих местах трактирщики ловко жонглируют стаканами и салфетками — не успеешь моргнуть, как уже поднос с очередной порцией горячительного стоит перед тобой. А случайные прохожие?
Те просто глохнут от хохота — настолько тут весело и задорно.
— А я вот видел жижа такую, в которой вещи не тонут, а плавают! Как пушинки! — заявляет один батрак с видом человека, который точно знает: если рассказать эту байку в следующий раз на свадьбе — сразу же станешь звездой вечера.
— Да ты врёшь!
— отвечает другой.
— Честное слово! Сам видел!
— Ну и что за жижа такая?
— Поди знай… Самому интересно.
И тут начинается настоящая эпопея. Базарык, Чок, Сивучухий — имена звучат как герои старого анекдота про деревенскую пьянку. Батраки обсуждают свои беды и радости за кружечкой пива: кто-то жалуется на жену («она у меня как старый пёс — рычит и скалкой машет»), кто-то соглашается: «Да мы все под каблуком ходим!» Тут весь зал взрывается басовым хохотом.
Светловолосый мужчина даже наклоняется к рыжему товарищу и шепчет:
— Только гляди, чтобы начальник не услышал!
— Не бойся, не проболтаюсь! — смеётся тот.
А разговоры о загадочной жиже только набирают обороты. Кто-то слышал о ней от Рябого из Кемпи (да-да, это не новый сорт пива), кто-то от Носача из Глоуха — местечек с названиями, которые звучат так же загадочно и таинственно, как рецепт бабушкиного борща. Впрочем, никто толком не знает ни что это за жижа такая, ни где её достать.
Главный вопрос: зачем она вообще нужна?
В северных краях хозяева таверн вытаскивают пиво с полок и наливают суп с запахом старого лука (ну вы понимаете — настоящий гастрономический экстрим). Там разговоры короткие и крепкие: батраки быстро выпивают и уходят по домам греть печь.
На юге же гулянка длится до рассвета: пьют даже то самое старое пиво (которое на севере вызвало бы приступ тошноты), едят луковый суп и болтают обо всём на свете.
В самых глухих местах корчмарь кидает на стол тарелку с похлёбкой и кружку чего-то подозрительно пахнущего – вероятно, это тот самый легендарный напиток «сюрприз». Болтать здесь мало кто любит: все слушают больше молча. И вот появляется вопрос:
— Зачем вам эта жижа?
— Да незачем!
Просто слыхал да решил спросить.
— От кого слыхал?
— Поди вспомни… Таверн много!
И тут два батрака решают покинуть заведение – молва о жиже становится слишком навязчивой для их трезвых умов.
Но история продолжается дальше. В ещё более глухих деревушках люди собираются у костров после тяжёлого дня работы в поле. Кто-то жалуется на скудную землю («вилы старые хоть выкидывай»), кто восхищается хозяйкой дома («ужин был словно пир для короля»), а кто-то восхваляет хозяина за отменное пиво:
— Отменное!
Чесслово!
— Нежидкое как вода!
На что светловолосый батрак оживляется:
— Попытка — не пытка! Я недавно такую диковину видел…
Все затаили дыхание.
Он рассказывает про мужика с полупрозрачным кувшином в руках:
— Там вода — не вода… Жижа прозрачная, густая как слюна ядовитого зверя с юга.
Разгораются споры:
— Врёт он всё!
— Нет-нет! Я тоже видел такое!
Оказывается этот зверь — огромный клыкастый жиряк (не меньше кабана) со слюной такой ядовитой, что местные ею паразитов травят или клинки смазывают.
Но осторожно: яд парит так сильно, что можно запросто получить пару лишних лет жизни… или наоборот.
Рыжий интересуется:
— А густая сильно?