Тома Реддла разбудил такой шум, что он аж вскочил, словно на кастинге в шоу «Утренний крик». Подпрыгнул на кровати и увидел, как кто-то бодро лезет в его окно.
Рука инстинктивно потянулась к палочке — увы, ее там не было, как и надежды на спокойный сон. Человек уже наполовину просунулся внутрь, а Том решил: «Ну всё, теперь или никогда!» — и с рывком оторвал незваного гостя от подоконника. Тот машинально разжал руки и чуть не свалился вниз, но крепкая хватка Тома спасла ситуацию. В этот момент Том почувствовал себя героем боевика — только без спецэффектов и с приличным количеством адреналина.
— Эй!
Ты чего? — выпалил парень.
— Что «чего»? Ты вламываешься в мою комнату и спрашиваешь, чего я? — прорычал Том, крепче ухватив его за воротник.
И тут из тени вынырнул знакомый голос:
— Это же я!
Томми!
Том на секунду задумался: «Луи? Или кто-то решил сыграть со мной в игру ‘Кто это?'».
Но потом узнал друга и вздохнул с облегчением.
— Луи… — выдохнул он и втянул того в комнату.
Луи отряхнулся, широко улыбнулся и заявил:
— Опять поругались со стариком. Пришлось сбежать к тебе.
Том судорожно вздохнул и отвернулся — у каждого свои семейные драмы.
Луи же легонько упал на пол и сказал:
— Лягу тут на полу, принцесса. Не волнуйся, кровать не трону.
Включил ночник и продолжил жаловаться:
— Отец достал меня до невозможности.
Хочет отправить меня в Оксфорд осенью. Сказал: «Хватит тебе жить беззаботно!»
Том покачал головой — эта фраза звучала так же часто, как звонок будильника по понедельникам утром. Луи добавил:
— После смерти матери отец стал совсем невыносимым.
Каждый год хуже становится. Постоянно повторяет: «Кто носит фамилию Дамблдор…»
Том резко сел прямо на кровать:
— Как ты сказал?
Луи произнес это слово по буквам с таким весельем, что даже сам засмеялся:
— Д-а-м-б-л-д-о-р!
Простите за смех!
Это был тот момент, когда Том понял: если бы их семейные драмы были сериалом, то рейтинг был бы выше любого блокбастера.
На следующий день желание Луи сбылось: Меропа приготовила оладьи на завтрак — настоящие произведения искусства! Уж поверьте мне как журналисту: если завтрак может поднять настроение после ночных приключений Луи и Тома – значит это шедевр кухни.
За столом отец Тома выглядел так напряженно, будто пытался разгадать ребус посложнее кроссворда Sunday Times. Его челюсти работали так активно, что казалось скоро они объявят забастовку против еды. Когда Меропа спросила о планах Луи поступить в Оксфорд (что звучало примерно как приговор), тот ответил уклончиво:
— Может быть… По крайней мере последний разговор с отцом был об этом.
Реддл-старший сделал паузу так драматично, что можно было подумать – сейчас он произнесет пророчество или хотя бы рецепт борща.
Луи поблагодарил Меропу за оладьи (правда искренне) и предложил Тому отправиться дальше по планам дня.
Выскочив наружу под серым небом Лондона (где солнце считается гостем редким словно НЛО), Луи достал пачку сигарет и закурил.
Том заметил его взгляд:
— Ты сегодня пялишься на меня до неприличия! Что случилось?
Том смущенно отвел взгляд:
— Просто непривычно тебя видеть…
Луи усмехнулся:
— Я же призрак! Полгода в Париже – вот тебе новый сленг для старушек!
Они решили заехать к Белле (однако отношения с ней уже были похоже окончены).