Перси и Гермиона вернулись на школьный двор, где царила атмосфера квиддича и подростковых драм. Гермиона шла вперед, словно капитан корабля, который точно знает, куда плыть — прямо к полю для игры в квиддич, а Перси шагал следом, оглядываясь на учеников.
Тут можно было увидеть всё: от тех, кто оживлённо болтал о последних сплетнях («Ты слышала? Гарри опять чуть не упал с метлы!»), до тех, кто погружён в учебники так глубоко, что если бы их спросили о погоде — ответ был бы: «Погода? Это какое-то заклинание?» Засмотревшись на эту живую картину школьной жизни, Перси даже не заметил, как они поднялись на трибуны.
И тут его взгляд зацепился за львиную голову — настоящую королеву трибун! Полумна сидела там с мечтательным видом и гордо демонстрировала свой головной убор.
— Чудесно, правда? — вздохнула она с таким энтузиазмом, что казалось: даже голова может вот-вот заговорить.
Джинни кивнула в знак одобрения — видимо, тоже оценив мастерство Полумны. Мимо них пронёсся игрок на метле, и ветер так эффектно взметнул волосы девушек назад, что Перси невольно вспомнил анекдот про парикмахера: «Парикмахер говорит клиенту: “Сегодня у вас ветер в волосах!” Клиент отвечает: “Это не ветер, это моя жизнь.”»
— Жаль только, что я не успела сделать так, чтобы голова рычала! — пожаловалась Полумна.
— Но к матчу исправлю!
Перси замер. Он вдруг понял — это действительно она. Та самая Полумна с глазами такими затуманенными голубизной, будто внутри неё прячется целый океан загадок (и немного утренней усталости).
Гермиона похлопала его по плечу и усадила рядом. От напряжения у него словно камень лег на сердце.
— Тебя поражает её вид? — улыбнулась Гермиона.
— Нет… другое… — Перси прищурился и чуть покраснел.
— Какая она живая!
В этот момент ему вспомнился старый добрый анекдот про любовь: «Парень спрашивает девушку: “Ты меня любишь?” Девушка отвечает: “Конечно!” Парень радостно: “Вот увидишь – любовь творит чудеса!” А девушка тихо добавляет: “Даже если ты забыл выкинуть мусор.”» И вот эта живая Полумна была как раз та самая чудесная сила.
Они провели пару часов на трибунах. Перси смотрел на Полумну и чувствовал странное тепло внутри себя — смесь стыда и надежды. Когда он видел её последний раз?
Вроде недавно… а вроде целая вечность! Он сам сделал её тенью самой себя своими руками! Вот ведь судьба – хочешь как лучше, а получается как всегда.
— Я хочу… хочу последовать за ней,— выдавил он наконец.— Так можно?
Гермиона лишь мягко улыбнулась:
— Дамблдор был прав – любовь действительно самая большая сила в мире.
И они отправились в гостиную Когтеврана.
Ох уж эта гостиная! Светлая и просторная настолько, что казалось – здесь даже воздух дышит легче (и без очередей!). Перси вдруг вспомнил первое свидание с Полумной и её мечту о доме светлом и просторном.
А потом он вспомнил свою городскую квартиру – ту самую клетку для творчества с видом на соседскую стену… Закусив кулак от стыда (и слегка проклиная себя за плохой вкус), он сел в кресло и наблюдал за девушкой.
— Если ты любишь её по-настоящему,— нарушила тишину Гермиона,— значит в тебе ещё осталось что-то хорошее.
За окнами уже начинала сгущаться ночь; гостиная постепенно опустела… Перси тихо признался:
— Я хотел её спасти… думал болезнь излечима…
Гермиона посмотрела на него сочувственно:
— Это не болезнь, Перси…
Он наклонился вперёд и запустил пальцы в волосы; голос его звучал устало:
— Может быть… может быть…
Этот отрывок прекрасно передаёт живую и насыщенную атмосферу школьной жизни, где переплетаются дружба, увлечения и подростковые переживания. Образ Гермионы как уверенного лидера и внимание Перси к деталям создают ощущение погружения в мир Хогвартса, наполненный как серьёзными моментами, так и лёгким юмором. Особенно трогательна сцена с Полумной, которая с мечтательным настроением и творческим подходом готовится к матчу — это подчёркивает важность индивидуальности и стремления к совершенству даже в мелочах.