Гермиону разбудил будильник, который, похоже, был изобрёден злым гномом с целью свести с ума всех студентов Хогвартса.
Пиканье звучало так противно, что казалось: если его не выключить, соседний факультет будет просыпаться на полчаса раньше. После нескольких минут борьбы с этим чудовищем она наконец нащупала кнопку и с облегчением отключила его.
Голова болела так, словно вчера она участвовала в чемпионате по выпивке сливочного пива — а не просто читала учебники до трёх ночи.
Открыв глаза, Гермиона обнаружила себя в комнате, которую не могла узнать ни за что на свете. Светлые молочные тона стен и шёлковая серая пижама — это явно не её привычный стиль «выгляжу как библиотечный призрак». В ванной кто-то громко высмаркивался — звук напоминал ей о том времени, когда Рон пытался сделать зелье от простуды и чуть не взорвал котел.
Пальцы метались по комнате в поисках волшебной палочки — но увы! Её нигде не было. Паника начала расти: ведь без палочки даже приготовить тост — задача почти невыполнимая.
— Я тебя разбудил?
Прости… Думаю, ты права, надо сходить к врачу. Насморк так и не проходит,— донёсся голос из ванной. Гермиона замерла — это был Рон!
Или кто-то очень похожий на него… На пальце блестело обручальное кольцо — вот тебе и сюрприз! Кто-нибудь видел эпизод «Гарри Поттер: семейная жизнь»?
Переходим к Тому.
Он проснулся на диване после того самого вечера, когда решил доказать всем, что он мастер сна в любых условиях. Правда, слетел вниз вместе с подушками и почувствовал лёгкое головокружение — видимо, вчерашняя вечеринка была слишком насыщенной для его скромных навыков выживания. Запах яичницы и бекона напомнил ему о том, что завтраки бывают разные: одни – как из ресторана «Три метлы», другие – как у мамы дома.
— Дорогой, ты проснулся?
Кофе уже готов,— раздался голос издалека. Том попытался приподняться и почувствовал себя героем анекдота про мужика, который проснулся после вечеринки и понял: «Вчерашний день был настолько насыщенным… что сегодня я даже забыл свой собственный адрес».
Женщина в бежевом халате с надписью «лучшая мама» на кружке выглядела так строго и одновременно заботливо — словно сошла со страниц семейного романа про трудности взросления и непослушных сыновей-волшебников.
— Ты надула губы?
— спросил Том.
— Уже два года,— ответила она.— Видимо, ты вчера перебрал в пабе. Отец до сих пор не знает во сколько ты вернулся.
Том подумал: «Вот почему я всегда говорил маме – лучше пусть она меня боится за то, что я забыл убрать свои носки». Но тут же вспомнил знаменитую фразу бабушки: «Если хочешь жить спокойно – убирай диван вовремя».
Между тем Гермиона шатаясь вышла в гостиную – комнату уютную и светлую с голубым диваном и стеллажом книг.
На полках стояли фотографии: одна с родителями (которые смотрели на неё строго), другая – выпускница школы (с выражением лица «спасибо учителям»), третья – свадебное фото с Роном (где оба выглядели счастливыми как герои романтической комедии).
Рон внезапно появился в полотенце (что само по себе уже повод для паники) и рассмеялся:
— Эй! Неужели я успел набрать форму?
— Ты шутишь? — ответила Гермиона.— Ты занимаешься спортом?
— Кто-то вчера явно перебрал вина,— сказал он.— Скажу Джинни больше не наливать тебе лишний бокал.
А потом произошло то самое трогательное мгновение: Рон обнял Гермиону после душа и поцеловал в висок — настолько реальное прикосновение, что девушка поняла: это вовсе не сон… ну или самый убедительный из тех кошмаров после вечеринки!